У Лукашенко не нашлось места крестителю Руси на новом историческом музее в Минске

В Минске идет большое и знаковое для Белоруссии строительство. Авральными темпами сооружают Национальный исторический музей. Место – престижнее некуда. Рядом – резиденция самого Лукашенко, здание Верховного суда, несколько посольств и площадь Государственного флага с самым большим в Белоруссии флагштоком.

Ради строительства пришлось пожертвовать любимым минчанами, но совершенно безыдейным парком водных аттракционов Dreamland. Теперь все будет идейно и помпезно.

Подпишитесь на новости «ПолитНавигатор» в Яндекс.Дзен, Telegram, Одноклассниках, Вконтакте, каналы YouTube и Max.
Для подписки на уведомления в баузере нажмите здесь.

Вместо старых бассейнов и горок появится монументальное 27-метровое здание, в плане повторяющее контур Белоруссии, вписанный в квадрат 90 на 90 метров. Фасад его украсят шесть крупных многофигурных бронзовых барельефов, посвященных разным периодам «тысячелетней белорусской государственности».

Из-за них-то и разгорелась очередная шумиха. Строительство уже почти окончено, идут отделочные работы и первые барельефы уже установлены. И тут оказалось, что на одном из них не нашлось места равноапостольному князю Владимиру. Жена его, полоцкая княжна Рогнеда – на месте. Сын Мстислав – тоже. Отец Рогнеды Рогволод, который и известен-то в истории, прежде всего, своим конфликтом с Владимиром – куда же без него.

А крестителю Руси, центральной фигуре того периода русской истории и, в общем-то, главе изображенной на барельефе семьи, места не нашлось. 

Уже по этому барельефу видно, что история, представленная в новом музее, будет очень уж «национальной», отражающей избирательный подход белорусской историографии.

Кто будет на остальных барельефах, пока не известно – строительство еще продолжается. Сюрпризы будут, в том числе, неприятные. Наверняка, там появятся литовские князья и польские магнаты, которых местные историки оптом записали в белорусы.

Калиновского увидим вряд ли, организаторы одноименного полка очень постарались испортить ему репутацию. А, например, другой антирусский мятежник Костюшко – вполне. Ведь крестителя Руси в белорусы не запишешь, а его – можно.

Через мифологизацию собственной истории прошли все без исключения постсоветские республики. Не стала исключением и Белоруссия. В конце 80-х – начале 90-х местные националисты объявили «национальное возрождение» и начали креативить. Доходило до того, что отдельные деятели предлагали переименовать самих белорусов в «лицвинов» или «кривичей», лишь бы избавиться от ненавистного корня «рус» в названии народа и страны.

Лукашенко, придя к власти, навел порядок, избавился от наиболее явных проявлений русофобии, но от курса на создание белорусского исторического мифа не отказался. К слову, проблему корня «рус» при нем тоже решили, причем более изящно. Просто с некоторых пор в белорусском языкознании появился корень «белорус», который все чаще пишут, как «беларус» даже в русскоязычных текстах.

Исторические факультеты и историческая наука вообще надолго остались цитаделью белорусских националистов, а в книжных магазинах на самом видном месте лежали кучи откровенно русофобских книг, авторы которых, зачастую, даже профессиональными историками не являлись.

Все начало меняться даже не в 2020 году, когда толпы воспитанной на этих книгах молодежи, чуть не снесли Лукашенко, а в начале 2022-го, объявленного в Белоруссии «Годом исторической памяти». Тогда государство всерьез занялось собственной историей, а обычных националистов в исторической науке сменили «системные» во главе со своим идеологом Игорем Марзалюком.

И к созданию белорусского исторического мифа они подошли системно, историческая правда в этой системе вторична. На первом месте – идея «тысячелетней белорусской государственности», отдельной от России и русских.

Настолько отдельной, что даже история Российской Империи продолжает изучаться в контексте всемирной, тогда как история Великого княжества Литовского и Речи Посполитой считаются белорусскими.