Всё, как в 90-е годы: Что творят с мировой экономикой BlackRock, Vanguard и State Street

Современная мировая экономика похожа на что угодно, только не на то, чем она должна являться. Её можно сравнить с рынком в центре провинциального городишки, где происходят очень странные дела.

Об этом в авторской колонке рассуждает Алексей Муратов, руководитель исполкома партии «Единой России» в ДНР – самого большого в стране регионального отделения.

Давайте вспомним, по каким правилам мы вошли в мировую экономическую систему после распада СССР. По всем канонам той формы капитализма, каждый на мировом рынке мог продавать и покупать что угодно. Главное, чтобы купля-продажа была произведена в долларах. Каждый торговал всем, чем был горазд. Можно было покупать или продавать товары быта, природные ресурсы, промышленность, земли, или вовсе суверенитет, или голосование в ООН — всё что угодно.

Это рынок, а на рыночный прилавок можно выставлять что хочешь. Твой товар может простоять несколько лет, но покупатель может так и не найтись. Или наоборот, покупатель найдётся в первый же день торгов.

По таким правилам торговал мир, и на таких правилах в 90-е годы торговала Россия. Мы в основном продавали природные ресурсы, мало что производили, а всё остальное покупали за границей. Но, к счастью, к власти пришли люди, которые боролись за восстановление нашего суверенитета, и мы постепенно стали меньше покупать за рубежом.

Так продолжалось до эпидемии коронавируса, когда оказалось, что на мировом рынке деньги не очень-то и нужны, потому что американцы и европейцы на полную мощность включили печатные машинки в своих банках, размазывая собственные проблемы на страны, которые пользуются их валютой. Более важным стало не обладание деньгами, а обладание товарами. Тогда странам хватало долларов и евро, но не хватало вакцин, масок, аппаратов ИВЛ и всего прочего. Всё закончилось тем, что ограничения на товары из-за резкого спроса стали более привычными, хотя до этого особого дефицита не ощущалось. А когда Владимир Путин довольно резко «остановил» эпидемию, рынок столкнулся с масштабными ограничениями торговли.

Если вернуться к нашему метафорическому городскому рынку и провести параллель, то окажется, что продавцы на этом рынке всю жизнь торговали свободно, но в один момент директор рынка (или тот, кто им себя назначил) говорит, что торговать могут только те и те, а вон те и те не могут. Или могут, но только не картошкой и мясом. Потому что вон тот, например, судя по сплетням, пьяница. А вон тот, ходят слухи, бросил жену. Если не верите, то вам придётся смириться, потому что так сказал я и даже повесил эту информацию на стенд у входа в рынок.

Примерно такая же система работает и на современном мировом рынке. У кого мало демократии, тот не продаёт и не покупает. А следят за уровнем этой «демократии» те, кто стоит над государствами. И делают они это не от скверного характера, а из-за того, что сегодня мировое хозяйство пришло к тому, что ему нужен новый передел, ведь по-старому уже невозможно: те, кто был в подчинённом состоянии, хотят большего, а те, кто находится наверху, хотят сохранить свою гегемонию.

Если сравнить с более поздними событиями в Иране и в Ормузском проливе с городским рынком, то его директор взял и заблокировал проход большого количества продавцов. И всё это под предлогом того, что он якобы хочет разблокировать им проход к их прилавкам, чтобы они могли свободно продавать свои товары.

Но в реальности страдают не только продавцы. Для покупателей сегодня наступила такая эпоха, что даже если ты имеешь «священную» для капитализма валюту, ты всё равно не можешь купить то, что тебе необходимо. Потому что везде стоят ограничения и регулировщики продаж. И мировой дефицит благодаря этому очень высок.

Выходом из этой ситуации может быть только большая драка на рынке, чтобы отодвинуть этого наглого директора и попробовать решить ситуацию. Но, набив морду директору, ситуацию не решить, потому что за ним, как в 90-е годы, стоит «крыша» братков, которых покрывают менты и другие продажные чинуши. За ними всеми стоят олигархи, которые заинтересованы в том, чтобы вообще все рынки работали по схеме того провинциального.

_{Вот именно эти метафорические «олигархи» и есть те, кто в реальности заинтересован в мировом кризисе. Это наднациональные элиты, которые руководят американскими президентами, «директорами рынков», вращают двери из политики в бизнес и обратно, контролируют «продажных чинуш» и всех остальных. И сегодня такая сила есть только за транснациональными корпорациями, бенефициарами которых являются крупнейшие инвестиционные фонды BlackRock, Vanguard и State Street, а также за теми, кто за ними всеми стоит.}