Добкин не жалеет, что признал власть майданщиков

Бывшие регионалы оправдываются – пришлось принять участие в президентских и парламентских выборах в 2014 году, легитимизировав власть, пришедшую после госпереворота, потому что того «требовали люди».

Об этом в эфире интернет-канала Topinform заявил бывший в то время кандидатом в президенты депутат Верховной Рады Михаил Добкин, передает корреспондент «ПолитНавигатора».

Подпишитесь на новости «ПолитНавигатор» в Яндекс.Дзен, Telegram, Одноклассниках, Вконтакте, каналы YouTube и Max.
Для подписки на уведомления в баузере нажмите здесь.

По словам политика, даже без участия бывших регионалов новую власть майданщиков признали бы на Западе и сделали легитимной.

«Легитимизирует власть не только участие или неучастие оппозиции. Неучастие оппозиции в выборах – это, скорее всего, вызов. Это попытка привлечь общественное внимание, прежде всего, международное, но и внутри страны тоже, к тем нарушениям или несправедливости, которая есть во время избирательной кампании. Признает выборы состоявшимися или нет Центральная избирательная комиссия и мировое сообщество.

Если мировое сообщество говорит, что выборы не признаются и власть нелегитимна, тогда это имеет хоть какой-то смысл. А если мы идем за поддержкой к народу, если мы проводим съезд «Партии регионов» – тогда еще «Оппозиционного блока не было, если на этом съезде люди под страхом физического насилия собираются. Почти 500 делегатов, 315 из которых доверяют мне быть кандидатом в президенты, как я могу снять свою кандидатуру. Для меня это был шаг, недостойный мужчины, для меня это было поведением трусости, для меня это было, в конце концов, подыгрыванием власти», – заявил Добкин.

Депутат также кивает в сторону России – мол, даже она признала выборы 2014 года.

«А что, кто-то, кто идеологически противостоял на международной арене на крови пришедшей власти, он что, сделал где-то высказывание о том, что они не признают украинскую власть? Признали сразу и руки пожимали и обменивались делегациями в первое время, и не отвечали на оскорбления прямые. Поэтому я считаю, что мы поступили тогда правильно, что это был наш крест», – говорит политик.